Окончание Первой Эпохи, другая история.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Окончание Первой Эпохи, другая история. » Мини-словески » Давно не виделись, Хурин.


Давно не виделись, Хурин.

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

Время действия: год после Нирнаэт.
Место действия: Ангамандо, темница, лучшие покои.
Участники: Хурин, Финдэкано, Майрон, Моринготто, возможны другие желающие.
Описание: Воля, держащая Хурина в кресле на вершине скалы, отпустила его и орки проводили Хурина вниз в пыточные, где его ждут Владыка Севера и Саурон.

0

2

Слуги пришли к Хурину и Вала снял с него свою Волю, позволяя встать. Его подняли и потащили вниз со скалы - сначала в комнату где его умыли и переодели (в легкие штаны и грубую кожаную обувь), а после этого приволокли в камеру пыток.
Пыточная как пыточная - ничего необычного. На стенах, потолке и полу цепи и веревки, на столиках аккуратно разложенные инструменты, вода в ведрах, угли в жаровнях, удобное кресло и стол... и Черный Вала за столом, сосредоточенно что-то записывающий длинным пером ворона. При появлении Хурина - быстрый взгляд на человека, кивок ему - и стремительными движениями еще пару строк на пергамент. Потом, довольно улыбнувшись, Вала отложил свою работу и встал на встречу Хурину, которого уже растягивали на стене морской звездой.

- Здравствуй, герой Хурин! Знаешь, я понял что соскучился по тебе и решил вернуть тебя назад. Надеюсь ты отдохнул за тот месяц что мы не виделись?

0

3

Когда за ним пришли, Хурин решил, что то игра его больного воображения. За тот месяц, что он провел на Тангородриме, изнывая от голода и жажды, палящего солнца и яростного ветра, его не навестили ни разу, и человек вообразил, будто Вала про него забыл. Наивный! Вала помнил про всех и каждого-результат был налицо.
Казалось, за месяц бесконечного сидения он разучился ходить. Руки-ноги затекли, и он не мог сделать и шагу. Что же, это дало шанс оркам без ущерба для собственного здоровья дотащить  Хурина до какой-то комнаты в подземелье, вымыть, переодеть и снова потащить. Только тогда способность двигаться мало-помалу начала возвращаться к нему.
Его приволокли в ту же пыточную, где он провел большую часть того года, что прошло со времени роковой битвы. Когда ему сказали, что минул лишь год-он не поверил. Казалось, вечность. Впрочем, время в застенках текло куда как медленно...
Словно ничего и не изменилось за прошедший месяц... Пыточная. Запах крови, пота и боли. Моргот, напустивший на себя деловой вид и скрипящий пером по пергаменту... Да и что могло измениться? Едва ли Враг мира раскаялся и начался борьбу за права ежиков по всему Эндоре.
Хурин едва заметно усмехнулся иссушенными губами. Способность язвить в нем осталась. Значит, не все еще потеряно. Повоюем!
Больше для порядка, чем желая действительно сбежать-он резво принялся махать кулаками в меру своих  физических возможностей, подорванных тяжким годом пребывания в Ангбанде. Славу бешеного адана, которой наделила его здешняя молва, следовало поддерживать.
Но сопротивляйся-не сопротивляйся, итог традиционно был один. Его растянули на стене-и орки отошли. Наступил черед проклятого Моргота. Великий Эру, как предсказуемо!
На слова своего тюремщика Хурин не отреагировал. Ну никак. Будто не услышал, да и не увидел тоже. В последние дни (или месяцы?) пребывания в пыточной - перед тем, как оказаться на вершине Тангородрима- он избрал подобную  тактику-и она начала приносить некоторые плоды.

0

4

- Молчит... - Вала вздохнул и вернулся к своим делам.
- Начинайте! - махнул он рукой оркам. - Я хочу, Хурин, что бы ты слегка разогрелся перед встречей со своим ... близким... знакомым. Скажем так. - Вала говорил неторопливо, растягивая слова, давая Хурину возможность понять и отреагировать.

Орки, не мудрствуя лукаво, напомнили Хурину что такое кнут, дыба и что такое раскаленное железо на обнаженной груди, когда ты висишь на дыбе, да еще ожоги идут поверх свежих рубцов. Вала занятый своими делами, периодически с любопытством посматривал на пленника, оценивая его реакцию. Забава длилась не очень долго, к тому же Хурину давали "отдыхать" ставя на дыбе так что он мог касаться пола кончиками пальцев и изматывать себя пыткой самостоятельно.
Через два часа пленника окатили водой, приводя в чувства, и допустили до него лекаря-человека. Не из рабов.

Отредактировано Melkor (2014-02-03 07:31:03)

0

5

- Молчит...
В голосе Валы Хурину явственно послышались нотки сожаления, огорчения и... Некоторой обиды на неразумное дитятко, не умеющего оценить гостеприимство радушного хозяина. Неразумное дитятко только оскалилось в ответ.
"И дальше буду молчать!"
Но следующие слова Валы поколебали ту броню невозмутимости, в которую был закован Хурин. Встреча... Близкий знакомый...
Первая мысль была "Морвен". Вторая: "Турин".
Сердце ухнуло вниз, хотя внешне Хурин был все так же невозмутим. Кто-то из них здесь, в крепости, а возможно даже и оба.
Потом вернулась способность трезво мыслить. Он сидел в проклятом кресле на вершине Тангородрима долгий месяц, видя все глазами Моргота. Если бы Турин или Морвен схватили - он бы, Хурин, знал. Моргот не сумел бы скрыть своей радости. Если бы их изловили раньше-его тюремщик не преминул бы похвастаться перед пленником. Значит, кто-то другой...
Но вскоре на раздумья у него осталось времени. Все повторилось - как повторялось не один день в течение проклятого года. Немыслимая, нечеловеческая боль-забытье-ушат холодной воды на голову. Снова и снова. Не задавая вопросов. Без цели. Стремясь насладиться мучениями пленника и стонами, поневоле прорывающимися сквозь крепко стиснутые зубы.
Передышка. Человек, суетящийся рядом. Возвращающий из тьмы беспамятства к новым мукам. Только это и видел Хурин через мутную пелену крови пополам с потом, застилающую глаза.

Отредактировано Хурин (2014-02-04 16:33:13)

0

6

Сдавленные стоны - вот и все что удалось вырвать из Талиона. Моринготто на большее и не надеялся, да и орки особо не старались. Но это было только начало и Владыка Севера всерьез полагал что сможет сделать адана разговорчивее.
Два часа спустя, когда Хурина привели в сознание и дали прочухаться, Вала снова обратился к нему.

- Как я вижу ты слегка отдохнул за последний месяц. - ухмыльнулся Моринготто. Ощупав взглядом истерзанное тело, спросил - Горло не саднит от криков? - Вала кивнул лекарю - Дай ему воды. - и снова обратился к пленнику - За тот месяц что ты отдыхал, моим гостем стал еще кое-кто тебе близкий. Удивлен? Да, именно его приход и стал причиной, по которой я тебя привел вниз. Хочешь о чем-нибудь со мной поговорить? Или ты по-прежнему презираешь боль и выбираешь ее для себя и всех, кто тебе дорог? Ты хочешь завтра сидеть в кресле подле меня и смотреть как на твоих глазах выгибается в крике мальчик?
Вала подошел и встал напротив Хурина.

Отредактировано Melkor (2014-02-05 07:30:58)

0

7

Сквозь захлестывавшие тело волны боли он чувствовал, как его отковывают от стены, несут куда-то... Над головой слышатся неразборчивые голоса, стиснутые в смертельной муке зубы разжимают, и в горло льется вода. Не протухшая, застоявшаяся-каковой его предпочитали здесь потчевать. Холодная, ключевая.
Он жадно пил, наслаждаясь каждым мгновением, пока не сделал чересчур большой глоток и не закашлялся. Тогда он поневоле открыл глаза и увидел склонившегося над ним Моргота. Вот, значит, кто речи толкал. Что-то теперь опять надо от меня, Враг? 
...Удивительно, но за все то время, что его пытали, ни словом, ни полсловом не был помянут Гондолин. Потаенный город. Неужели Моргот наконец-таки уверился, что пленнику ничего не известно о местонахождении города? Попробуй тут не увериться, если в течение года на один и тот же вопрос получаешь один и тот же ответ. Хотя нет. два ответа. В лучшем случае: "Не знаю". В худшем-знакомишься со своей родословной вплоть до пятого/седьмого/десятого колена.
А Моринготто все продолжал и продолжал  распинаться; смысл его речей слабо доходил до сознания Хурина, которым безраздельно завладела боль. Но мало-помалу страшная подноготная стала осознаваться пленником-и он застонал, не в силах сдержать эмоции. Моринготто угрожал ему, угрожал неоднократно, насылая сны и иллюзии, но никогда от его слов не веяло такой ужасающей правдивостью, как сейчас.
"Турин?"
Пленник стиснул зубы, истово надеясь, что его стон будет расценен как стон боли, а не проявление чувств.
Стиснул-и закрыл глаза, давая понять Морготу: как и год назад, так и сейчас, пленнику не было до него никакого дела.

Отредактировано Хурин (2014-02-05 11:08:53)

0

8

Хурин открыл глаза и посмотрел на Вала мутным взглядом. Потом бессильно и глухо застонал сквозь зубы и закрыл глаза. Быть моет у адана что-то вдруг резко заболело, может быть. Но вряд ли. Скорее всего это было свидетельство душевной муки и бессилия.
- Быть может не так уж тебе и все равно до своего отродья, Талион. - усмехнулся Моринготто. - Приказать привести сюда гостя, или ты все же снизойдешь до беседы со мной?
Вала не особо надеялся на ответ, но все же дал время Хурину собраться с мыслями. Приложив руку в кожаной перчатке к свежей ране и, задумчиво теребя ее пальцами Враг ждал ответа - Ты хочешь что бы он испытал все эти ощущения на себе?
Моринготто вытер пальцы от штаны Хурина. - А что ты скажешь, если сюда притащат не твоего сына, а щенка твоего доброго друга? Просто порадуешься что тебя эта чаша миновала? Что не твоей крови отвечать за твою немоту? - Вала был слегка заинтересован - он не ждал много от встречи, но все же надеялся что его слова пробудят в Хурине что-то... человеческое.

Отредактировано Melkor (2014-02-05 13:08:15)

0

9

- Быть может не так уж тебе и все равно до своего отродья, Талион. - усмехнулся Моринготто. - Приказать привести сюда гостя, или ты все же снизойдешь до беседы со мной? Ты хочешь что бы он испытал все эти ощущения на себе? А что ты скажешь, если сюда притащат не твоего сына, а щенка твоего доброго друга? Просто порадуешься что тебя эта чаша миновала? Что не твоей крови отвечать за твою немоту?
Каждое слово Моргота вонзалось Хурину острым ножом в сердце-куда больнее, чем та открытая рана, к которой прикоснулся Моринготто. Нельзя давать ему понять, что некоторые вещи причиняют тебе боль. Иначе враг возьмет их на вооружение и будет использовать снова и снова. Сначала маленький шажок-а потом уж и до большого предательства недалеко.
"Забудь о себе. Забудь о сыне.  Забудь о том, кого могут привести сюда в любой момент (кого?) Мы все равно уже мертвы, если даже этот ублюдок и будет твердить обратное. А те, кто находятся в Гондолине, пока еще живы.
Помни об этом..."

И потому Хурин ответил на всю тираду упивающегося собой Моринготто одним коротким словом, выплюнутым сквозь крепко стиснутые зубы:
- Тварь!

0

10

- Тварь!
Мелькор задумчиво посмотрел на адана. - Жаль. - коротко сказал он. - Ну что же, ты выбрал. - Моринготто взял Хурина за подбородок. - У меня для тебя два сюрприза. О первом я тебе намекнул, второй - твой Лорд и Король нолдор Финдэкано. Его судьба будет зависеть от тебя. Если будешь вести себя совсем плохо - я сделаю для тебя сапоги из кожи твоего Лорда. - Вала усмехнулся.

- Уведите. У тебя два дня на раздумья.

0

11

Кажется, Моринготто уже привык к выходкам Хурина. По крайней мере, его лицо даже не дернулось. Или ругательство следовало подобрать позабористее?
Ненавистная рука коснулась подбородка Хурина; все такой же ненавистный голос произнес... Была ли то игра воображения или и впрямь - с лаской и неким сожалением:
- Жаль. Ну что же, ты выбрал. У меня для тебя два сюрприза. О первом я тебе намекнул, второй - твой Лорд и Король нолдор Финдэкано. Его судьба будет зависеть от тебя. Если будешь вести себя совсем плохо - я сделаю для тебя сапоги из кожи твоего Лорда.
Всеми силами Хурин старался, чтобы его чувства не отразились у него на лице. Фингон здесь? Этого не может быть! Король погиб перед воротами Ангбанда-так говорили очевидцы в казематах.  Кто из них лжет? Пленники, видевшие все собственными глазами, или Моринготто?
- Уведите. У тебя два дня на раздумья.
Первая твоя ошибка, Враг мира. Ты дал мне информацию. Слишком много. И дал время на осмысление...
К концу второго дня окончательное решение будет принято.
... Его подняли и повели, точнее потащили, так как ноги слушались плохо. Швырнули в какую-то камеру - по виду, одна в одну с той, где он провел прошедший год. Впрочем, Ангбандский интерьер не радовал многообразием.  Заперли. Ушли.
Оставив два дня на раздумье...

Отредактировано Хурин (2014-02-05 23:27:14)

0

12

Увы, но Хурин рисовал себе очень радужные перспективы ближайших двух дней. А в Твердыне любили когда чаяния и надежды разлетались горькими осколками.
Его бросили в небольшую камеру, где стояла вода, густа каша и хлеб. Ему дали около часа на то, что бы перевести дух, поесть и осознать страшную новость - двое дорогих ему пленников, один из которых - Государь Фингон - в руках Врага.
Через час дверь в камеру снова лязгнула и отворилась. Вошедшие орки резво скрутили адана, дав пару ободряющих зуботычен, скрутили Хурину руки, заломили и накинули веревку на крюк в потолке.

Мелькор задумчиво вошел в камеру. - Не ожидал что мы так рано увидимся? - вала усмехнулся. - Я сказал что у тебя двое суток до того, как ты встретишь своего Государя, но не сказал, что эти двое суток ты проведешь в одиночестве. У меня для тебя есть много развлечений.
Раны Хурина были обработаны, и только на одной не было повязки - в низу живота, та самая, которую задумчиво ковырял Враг в прошлый раз. Внесли жаровню и миниатюрные инструменты. Вала неторопливо взял что-то похожее на стек для лепки из глины и положил металлическим концом в огонь.
- Итак, как ты слышал - твой Король жив. Он мой гость все это время. У меня... есть причины не сообщать об этом вашему Союзу. Так что ты посвящен в тайну. - Вала подмигнул пленнику. - Ты думаешь за тот год что ты у меня гостишь, ты уже узнал о боли все? - Моринготто вынул разогретый до красна стек и прижал его к самому краю раны, смотря за реакцией Хурина. - А если так? - стек оторвался от тела и тут же впечатался в середину раны. - Не хочу что бы ты истек кровью. - пояснил Враг, когда немного прижег рану.

- Так вот, я говорил что ты даже не представляешь какой может быть боль. Ты человек, фиримар, хилдориэн - ты слаб, тебе не выдержать и половины того, что может выдержать эльф. Ты просто сдохнешь от боли. А он не сдохнет. Он будет орать, срывать горло и продолжать орать.
- наклонившись вперед, доверительно, понизив тон - Представляешь каково было твоему Государю в моих покоях?

0

13

Два дня, как же! Стоило ему поудобнее устроиться после сытного (впервые за месяц) обеда на холодном полу и закрыть глаза, как дверь в камеру распахнулась и на пороге появился... Кто бы вы думали? Государь Фингон с мечом в одной руке и с ключами от темницы - в другой? А вот и не угадали! Моринготто! Кто ж еще будет шляться в гости по утрам?
И тут Хурину вспомнились со всей отчетливостью рассказы о том, что Враг Мира может проникать в чужое сознание. Бред... Ну а вдруг? Не изменил ли он свой взгляд после того, как понял, как Хурин рад двум дням отсрочки?
"Нечестно играешь, Моргот. Что же... Эта мысль будет последней-из тех, которые ты услышишь, Моринготто!"
... И снова знакомая культурная программа. Вздергивание на крюк. Угрозы. Накатывающая волнами боль. И одно только короткое слово в ответ на все сентенции Моргота, выдавленное сквозь крепко стиснутые зубы:
- Мразь!

+2

14

- Мразь!
Мелькор задумался. - Знаешь, я понял - ты настоящий мудрец. Вот например "мразь" - к чему это относится? То ли к тому, что тебе больно, то ли к тому, что ты представил каково твоему Государю. То ли к тому, что тебе в принципе все надоело. - Вала хмыкнул, аккуратно проводя металлом вокруг раны и подплавляя края. В перерывах, пока металл нагревался, а пленник отдыхал, Враг говорил - Королю пришлось многое вынести и, знаешь, мы смогли убедить его говорить. Не осуждай его. Ему сильно досталось. И не думай о нем слишком плохо - он не сломался, он продолжает о многом молчать... Но у всех бывают минуты слабости. Есть вещи, о которых он говорил. И клялся именем Единого, в подтверждение своих слов.
Вала отложил инструменты.
Твой Лорд заговорил. Заговорил о Гондолине. А ты, глупец, теряешь все и молчишь. Подумай об этом. О том кого ты защищаешь и кто защитит тебя. Я не спрашиваю тебя теперь об этом паршивом городе, как ты заметил. Твоя ценность стремится к нулю. Но. Мне нравится твоя преданность. И твоя воля. Я бы смог оценить ее куда достойнее чем Фингон. И по-этому я тебе хочу предложить выбор. Ты можешь покинуть эти застенки, быть окруженным славой и почетом. А можешь остаться здесь. И тогда ты будешь моим очередным орудием что бы окончательно сломить Финдэкано. Ты перестал быть ценным пленником, и стал лишь инструментом.

0

15

В иное время он бы смотрел на Мелькора гордо и бесстрастно. Теперь же, когда за плечами стояли долгие месяцы пыток и не менее долгие месяцы сидения в кресле на проклятом Тангородриме (Хурин сам не верил, что прошло... Сколько? Два месяца? Обман. Ложь. Иллюзия. На самом деле-долгие годы...) так вот теперь силы его были подорваны, как бы ни силился Моргот держать его своими  чарами. И та мера боли, которую он сносил прежде, лишь в гордыне сжав зубы, теперь накатывала на него сокрушительны волнами. Он молил лишь об одном: чтобы Мелькор не увидел его слабости и начал пытать, как и прежде, в полную силу. Тогда он уйдет... Не так, как уходили эльдар-По своему желанию, стремясь покинуть здешнюю землю для возрождения в благословенном крае-а далеко, за Круги мира... Там, где проклятый Моринготто его не достанет. Ни за что!
Погруженный в свои мысли, он вдруг явственно услышал слово "Гондолин"-и заинтересованно поднял голову помимо  воли. Что речь зашла о Гондолине-его ничуть не удивило. Едва ли за все время общения с Морготом они разговаривали о чем-либо еще. Но произнесение рядом Гонлолина - и  имени государя Фингона заставили его на миг вырваться из той трясины равнодушия к собственной судьбе, в которой он тонул долгие месяцы.
Предложение онивысказал внимательно. Ничего не скажешь. Моргот мог бы поаплодировать такому внимательному слушателю. А потом, вопреки своему обыкновению, ответил красочно и витиевато, в самых доступных выражениях объясняя Мелькору, куда он может пойти со своим предложением, а тем паче-в какое темное, теплое и безусловном известное всем место его засунуть.

Отредактировано Хурин (2014-03-01 23:49:10)

+1

16

Моринготто, невольно презрительно изогнув губы, задумчиво смотрел на пленника. Фиримар. Хилдориэн. Последыши. Слабаки. Месяц этот одушевленный кусок мяса сидел на каменном троне, где конечно сидеть ...подустал, но раны его исцелились, ни голода, ни жажды он не испытывал. То есть единственное чем мог бы маяться - бездельем. Потом его сняли, отмыли, слегка подержали на дыбе - и вот на тебе. Он уже практически ничего не соображает и находится в состоянии непрерывного полуотруба.
- Мнда... - протянул Мелькор - Хорошо что ты нам уже не нужен. А своему Королю и в таком виде сгодишься. - Враг отложил инструменты прекращая пытку.
В ответ на предложение о службе последовала ожидаемая ругань, хотя в этот раз более образная чем обычно. Раньше  а такую дерзость человек получил бы кулаком в поддых, но теперь Вала лишь улыбался.
-Как хочешь, глупец. У тебя жалкая участь - ты отдал все, даже собственную семью, и остался ни с чем. А теперь - ты лишь игрушка. Ты будешь страдать, но твои мучения больше не будут иметь смысла. Понимаешь? Тебя будут пытать, но ни о чем не будут спрашивать и всем будет плевать хочешь ты что-то сказать или нет. Ты будешь не больше чем игрушкой или инструментом. И в равной степени будет все равно - ругаешься ты по своему обыкновению или находишься в своей вечной полуотключке. Для моих целей равно подойдет и то и другое. Теперь ты станешь проводником моей воли. - Вала покачал головой и ласково похлопал пленника по щеке. - Помнишь? Что бы ты ни делал - отныне это будет лишь мне на пользу. По своей воли или нет - но ты мой раб. Жалкий результат.
Вала задумчиво провел рукой в кожаной перчатке по свежим ожогам. - Теперь даже для службы у меня ты будешь все менее и менее пригоден, но, если вдруг, в тебе проснется разум - подумай чем ты смог бы меня заинтересовать. Я послушаю.
Владыка Севера вышел. Хурин остался стоять все так же привязанным.
Через некоторое время (полчаса? час? - долго но не бесконечно, хотя затечь пленник уже успел) в комнату вошли девы эдэлет и аданет. Они нежно щебетали хрустальными голосками на незнакомом языке. На Хурина девы вроде бы даже не обратили внимания, располагаясь в камере и осматривая имеющийся инвентарь. Несколько раз аданет в незнакомый язык вставляла слова с талиска и синдарин и, в конце концов эдэлет сказала:
- Все, начинаем обучение и будем говорить на талиска. В ах'эннэн поупражняешься после.
Теперь стало понятно почему находящиеся в камере инструменты для пыток были столь... миниатюрны - под женскую руку. Эдэлет учила подругу некоторым тонкостям как можно и как лучше прижигать кожу (при этом ожоги они старались делать небольшого размера - что бы поменьше тратить учебный материал. Потом эдэлет учила сдирать тонкие полоски кожи, но у аданет это все никак не получалось. Периодически эдэлет сноровисто вливала Хурину в рот жуткое пойло, не дававшее отключиться.
Во время обучения девы не переставая болтали - в том числе о молодом принце, сыне Нолдарана. Говорят мальчика хотят сделать Рыцарем Твердыни, такими же как они. Но сначала мальчишке многое придется вынести, а потом, когда его сломают у него просто отберут память. И вложат новую - о преданной любви к Учителю.

Под конец девы ушли, а обессиленного хурина отвязали и уложили на матрас. В углу оставили воду, овощи, вареное мясо и хлеб.

0

17

Безусловно, представший перед девушками человек, был воином, достаточно сильным и упрямым, чтобы выдерживать боль. Но и достаточно перенесший ее уже, чтобы и его силам пришел конец. Работали подруги не торопясь, изучая процесс  и, похоже, даже получая от этого удовольствие. Но черезчас с небольшим опыты свои им пришлось прекратить - пленник потерял сознание, и, на этот раз,  даже  пойло, до этого державшее его в сознании, не помогало. Видимо, им  сегодня придется закончить обучение. Или поискатьк акой-то более эффективны способ  привести человека в чувство.

0

18

Слова проклятого Моргота Хурин пытался пропускать мимо ушей, отрешившись и сосредоточившись... Да хотя бы на своём ощущении боли. Надежде на то, что она вот-вот перельется через край, как переливается вино из переполненной чаши, и тогда в его мучениях будет поставлена точка. Жирная и окончательная. Но боль усиливалась-а желанные края не были видны и в туманной дали.
Потом пришло воспоминание о зеленых полях и лугах-единственное воспоминание, что позволял себе Хурин из прошлой жизни. Сквозь смрад пыточной чувствовался запах цветущих трав, и Хурин, впавший на какое-то мгновение в полузабытье, вдруг вздохнул полной грудью, пытаясь его постичь. По боль тут же стегнула по ребрам раскаленным прутом-и Хурин охнул, явив слабость. Сию де минуту он почувствовал ледяную руку палача на своей щеке... Хотел вцепиться в неё зубами - но был слишком слаб, а оттого медлителен. Моргот ушел, неповрежденный и чем-то довольный. Хурин вздохнул снова-ловя каждую минуту тишины и спокойствия, явственно догадываясь, что отдохнуть долго ему не дадут. Так и получилось.
... Женщины, допрашивающие мужчину-это было унизительно и непонятно, а потому неприятно вдвойне. Женщины, чье предназначение Эру определил в том, чтобы быть жёнами и матерями, достигали таких высот в искусстве владения пыточными инструментами, что дали бы сто очков вперёд Морготу.
Но больше всего причиняли боль Хурину их слова. За тот год, что он провел в Ангбанде, он оброс толстенной шкурой равнодушия-так ему казалоь до сегодняшнего дня. Но слова женщин поколебали его уверенность в этом.  Мысли... Обрывки мыслей проносились в такт словам щебечущих чудовищ-пока Всемилостивейший Эру не сжалился над ним - и Хурин погрузился в омут беспамятства.
... Сколько прошло потом дней-он не знал. Он лежал в камере, один-одинёшенек, на холодном каменном полу-то проваливаясь в забытье, то приходя в себя. Иногда он обнаруживал подле себя миску с едой и водой, но не притронулся к ним ни разу, приняв твердое и безоговорочное решений уйти. Хотя бы и таким страшным способом. Но смерть не приходила-и мук голода и жажды он не испытывал тоже, виня во всем магию проклятого Моринготто.
Так шли часы, складывающиеся в дни... Или в месяцы... К нему никто не приходил, и Хурин вообразил было, что про него забыли. А зря...

Отредактировано Хурин (2014-04-29 22:25:52)

0

19

Рабыня.

Дверь проскрежетала и в камеру вошла рабыня с подносом. Простой деревянный поднос, а на нем кувшин молока и что-то завернутое в полотно. По камере разнесся чарующий аромат свежего хлеба.
Рабыня поставила поднос в угол, а сама села на колени возле беспамятного человека. Какое-то время аданет молча рассматривала пленника, потом вздохнула, поднялась и принесла нетронутый кувшин воды, что стоял тут, в камере. Сняв фартук, аданет намочила его край водой и осторожно принялась отирать кровь и грязь с лица измученного и исхудалого пленника.

0

20

Наконец его ожидание закончилось. В полудреме-полубеспамятстве он услышал, как  дверь тихонько скрипнула-и в темницу кто-то вошел. Шаги были легкие и бесшумные, и-не властные. Женщина. И едва ли обладающая в Ангбагде какими-либо полномочиями.
Вместе с ней в камеру ворвался теплый запах, навевающий мысль о доме... Запах чего-то давнего и полузабытого. Хурин старался вспомнить слово... Знакомое слово...
Хлеб.
Он  почувствовал холод воды на своём лице и поневоле вздрогнул. Но не оттого, что испугался прикосновения. Вода давно для него стала символом грядущих мук: если отпаивают и отмывают, если льют ведро воды на голову-жди очередного допроса. А он был жив... Хотя твердо был уверен, что не доживет еще до одной встречи с Моринготто - или кого проклятый Враг соизволит прислать.
Притворяться дальше не было смысла. Все равно вошедшая поняла, что он пришел в себя.
Пленник разлепил веки. Весь мир пока еще плыл в сонном тумане. Скоро зрение прояснится - и Хурин увидит своего нежданного гостя.

+2

21

Рабыня.

Женщина увидела как человек вздрогнул под ее пальцами и нерешительно остановилась. Но протеста не последовало и она решила, что просто неожиданно потревожила человека и он вздрогнул и проснулся от неожиданности.
- Прости. - голос у аданет был низким и тягучим. Женжина еще пару раз провела тканью по лицу. - Подожди, я принесу тебе пить.
- Ах ты, бедолага, вздохнула аданет возвращаясь с кувшином воды и снова садясь подле Хурина. Она была молода, лет 25, вряд ли больше, но лицо было изможденное, а тело исхудалое. Коротко остриженные волосы еле прикрывали шею и падали на лицо, а платье было из простой и грубой ткани, без единой вышивки или украшения. - Хотя - все мы тут бедолаги, - вздохнула она, осторожно приподнимая голову пленника, что бы напоить его.

0


Вы здесь » Окончание Первой Эпохи, другая история. » Мини-словески » Давно не виделись, Хурин.